Aqua Magic aka Хьюстон, у нас проблемы! (aquamagic) wrote,
Aqua Magic aka Хьюстон, у нас проблемы!
aquamagic

ИГРА В ДАЙСЫ (выпуск 65)

От вчерашнего происшествия, как и следовало ожидать, не осталось и следа. Магический удар был направлен против чудовища и совсем не затронул скалу — значит, можно было погружаться, не опасаясь обвала. Мелисса, правда, надеялась, что сможет почувствовать присутствие Сильмарилла и с небольшой глубины, но ей удалось лишь установить, что ощущение исходящей от пещеры опасности пропало. Что ж, тоже неплохо! Вместе с Нарином и Дорви она поднырнула под купол — получилось тесновато, двое гномов занимали всё же больше места, чем один маг. Однако новенький и не собирался оставаться, он лишь осмотрелся, пользуясь призрачным сиянием браслета мастера пяти гильдий — Мелисса по счастью успела выучить осветительное заклинание.

Дорви пожелал друзьям удачи и покинул их, наставник с бывшим подмастерьем остались ожидать спуска. Так посидели некоторое время, потом Нарин от нечего делать заглянул в банку с дыхательным порошком, встряхнул её, хмыкнул:

— Надо признать, обстановочка у нас тут довольно романтичная — так уединённо, ещё этот приглушённый свет. Но лично я бы предпочёл уже погрузиться. Или время всегда так долго тянется, когда ожидаешь под куполом?

— Нет, сегодня они особенно долго возятся. Не случилось ли чего? Вот, погоди, Корвус хочет что-то сказать… ох, кажется, наверху какие-то неполадки. Точно, Фрор велит нам выныривать и выбираться на понтон.

— Ну казни меня, убивай! Я накаркал! — первым, что услышала парочка ныряльщиков, едва высунув головы из воды, были обращённые к Фрору выкрики Вили.

— Не ори, чини давай! — молотобоец, скрестив руки на груди, наблюдал, как суетятся инженеры. — Выясняй причину, почему трос зажевало на двух лебёдках сразу?!

— Эй, да какого тролля тут происходит? — взревел Нарин, закинув Мелиссу на понтон легко, но бережно, как фарфоровую куклу, и ринувшись на помощь друзьям. — Вчера же всё работало, волны не так уж высоки!

Он подлетел к ближайшей лебёдке, взглянул на механизм и глухо пробубнил:

— Это чья-то дурацкая шутка? Тут шестерни не хватает.

— Может, она расшаталась и выскочила? — предположил Грумпи, а потом перевёл подозрительный взгляд на Корвуса. — Это не ты случайно вытащил? Не обижайся, конечно, но я слыхал, вороны любят блестящие штучки…

Но Корвус, конечно, обиделся, причём так сильно, что даже не удостоил паренька ответом.

— Проклятье, здесь тоже шестерёнки нет! — голос Вили, осматривавшего вторую проштрафившуюся лебёдку, дрожал от ярости. — Это уже не случайность и не совпадение, а злой умысел.

Вили, а за ним ещё кое-кто из мастеров принялись озираться по сторонам, будто надеялись высмотреть вредителя. Учитывая, что они находились в открытом море, отловить виновника было проблематично. Мелисса же бросилась на колени и стала обшаривать стыки деревянной палубы, надеясь, что нужные детальки не испарились, а закатились в какую-нибудь щель. Первым к ней присоединился Дорви, а затем и остальные, но сколько они не обнюхивали малейшие зазоры между досками, шестерёнки найти не удалось.

Фрор плюнул с досады и перескочил на маленький плот:

— Ладно, понятно уже, что орка лысого мы тут найдём, а не шестерни. Чего торчать посреди воды, поплыли уж к берегу, будем думать, как ремонтироваться без кузницы и мастерской.

На берегу настроение мастеровых чуть улучшилось, когда они увидали сидящего без посторонней помощи Линдира. Правда, Мелисса не нашла в нём прежнего чисто эльфийского лоска: куда-то подевалась горделивая осанка, волосы на ветру растрепались и перепутались, руки подрагивали, голос был слабым, а взгляд тусклым, но без сомнения Линдир выздоравливал. Грумпи и Мелисса кинулись к нему с радостными возгласами и наверняка помяли бы в объятиях, если бы Арис не отогнала их. Удивительно, но эльф, который, в отличие от гномов, обычно не очень-то приветствовал подобные проявления дружеских чувств, в этот раз не отстранился, задержал ладони младших приятелей в своих.

— Я существенно опустошил твой запас снадобий, Мелисса, — хрипловато произнёс эльф, с трудом шевеля обветренными губами. — Они по-настоящему чудодейственны. Очень жаль, что столько пришлось потратить на меня одного! Мне так неловко…

— Ну что ты такое говоришь! — возмутилась хоббитянка, наблюдая, как Грумпи поправляет покрывало, в которое Арис заботливо укутала перворождённого. — Для чего же я их ещё готовила? Надеялась, конечно, что не пригодятся, но раз такое дело… А для тебя мне ничего не жаль! И потом, лес рядом, надо будет — ещё приготовлю, хоть по весне не все компоненты соберёшь…

— Линди, ты уж поправляйся скорее, — Грумпи перебил девушку, у них шла настоящая борьба за внимание старшего друга. — Ты самый лучший пловец и ныряльщик. Нам тебя сегодня так не хватало! Лебёдки сломались, теперь чинить их, время терять, а так бы ты сплавал…

Мелисса даже рассердилась:

— Грумпи, ну как тебе не стыдно? Линдир ещё слишком слаб, и потом, без моей помощи он не найдёт Сильмарилл…

— Всё мы найдём, со всеми бедами справимся, — Нарин незаметно подошёл к беседующим. — Как ты, Линдир? Не замучили тебя детишки?

«Детишки» синхронно фыркнули, оскорбившись, и разошлись по своим делам: Мелисса — помогать подруге с обедом, а Грумпи — участвовать в рабочем совещании. Правда, даже просовещавшись всё время до обеда и ещё немного во время него, гномы поняли, что без запчастей починить лебёдки не выйдет, а сделать новые шестерёнки в полевых условиях невозможно. Всё, что им теперь оставалось, это потратить пару дней на полную переделку подъёмного механизма, оставив ему всего одну максимально умощнённую стрелу. Обсуждая новый план, участники совещания то и дело поглядывали в сторону моря — волнение не утихало, а наоборот, крепло. Пусть понемногу, едва заметно, но вероятность того, что к моменту окончания ремонта разыграется полноценный шторм, росла неуклонно.

Путешественники искренне надеялись на благополучный исход, поэтому, быстро окончив совещание, отправились снова в море, собираясь, пока ещё позволяет высота волн, отбуксировать понтон к берегу и сразу приступить к переделке. Чтобы не потерять потом место поиска, его отметили плавучим якорем с буем.

Плыть к берегу на большом неповоротливом понтоне было всё же проще, чем в открытое море — течение теперь помогало гребцам. Кроме того, мастеровые связали вместе самые прочные верёвки, и последние ярды пути не только плыли, а ещё и тащились волоком. Для этого часть команды бросила грести, высадилась на берег и, используя ближайшие к воде деревья как блочный механизм, с помощью верёвок помогала друзьям с вёслами.

— Как дружно работают — просто загляденье! — произнёс Гэндальф и выпустил дымок, но колечка не получилось, слишком уж сильным был ветер. — А Грумпи и Дорви неплохо влились в команду и явно не сачкуют. Это хорошо: чем больше гномов при деле, тем быстрее они управятся.

— Я даже не удивляюсь, — откликнулась Мелисса с неохотой отвлекаясь от занятия каллиграфией по влажному песку. — Наше путешествие — сплошное подтверждение присказки «части целого друг к другу тянутся». Мы на всём пути подбираем своих: старых знакомых или новых друзей, но для каждого находится важное задание, будто специально для него подготовленное. Наверное, так изначально было задумано направляющей нас силой!

Мелисса с наслаждением выводила стройные надписи на эльфийском, она успела по-настоящему соскучиться по учёбе за последние дни, посвящённые сугубо подводным поискам. Девушка согласилась бы пожертвовать ужином, лишь бы продолжать занятие, но Арис была непреклонна. А после еды Мелиссу пригласил на прогулку Нарин, он боялся огорчить невесту тем, что слишком много времени проводит со старым другом. Ему и Дорви действительно было о чём поговорить, но воспоминания о былых деньках будили в сердце зажившие раны, боль, причинённую гибелью учителя.

Нарин с Мелиссой удалялись от лагеря, бредя вдоль кромки воды. Одна волна накатывала за другой, это было завораживающее зрелище, и в любой другой момент они залюбовались бы штормящим исподтишка морем, но сейчас бурная вода навевала лишь мысли о том, что поиски Сильмарилла придётся отложить на неопределённое время. Полоса пляжа сузилась до предела, окунающиеся в сумерки сосны подступили к самой воде, так что влюблённые шагали, обнявшись и тесно прижавшись друг к другу. Тут и там под ноги попадались подмытые волнами корни, и Мелисса не столько любовалась закатом, сколько высматривала, куда бы пристроить грубый ботинок на каждом последующем шаге. Вдруг розовые закатные лучи слабо блеснули, отразившись от чего-то, оказавшегося прямо под ногами прогуливающихся. Мелисса остановилась и попыталась мыском ботинка поддеть блестящий предмет, но игривая волна опередила её, накрыла находку, чуть протащила по песку. Тогда Нарин, не щадя брюк и рукавов, плюхнулся на колени, погрузил руки в перемешанную с песком воду. Его охота оказалась удачной, разжав ладони, он, не поднимаясь с колен, торжественно преподнёс девушке морской подарок.

— Вот это всем совпадениям совпадение! — воскликнула хоббитянка и чуть не села в лужу в буквальном смысле: ноги её подкосились, а тут ещё набежавшая волна поспособствовала потере равновесия. — Разве это не наши старые знакомые, одуванчик?!

Нарин чуть ли не носом уткнулся в находку, потом снова сжал пальцы, окунул в воду, чтобы смыть лишний песок.

— Прямо колдовство какое-то, мой цветочек… Идея-то была твоя, чтоб закинуть их в море на удачу, помнишь? Ты у меня волшебница! И да, это те самые — видишь согнутые зубцы на обеих, так они у меня в кармане сцепились, мы их разделили, а они снова сошлись!

На ладони инженера лежали две шестерёнки, отпущенные на волю в дальних тёплых краях. За месяц они успели проделать долгий путь к побережью Кардолана и появиться в нужный момент, в момент отчаяния, когда планы парочки рисковали вот-вот рухнуть. Они появились, чтобы заменить собой две пропавшие детали подъёмного механизма.

— Подойдут по размеру, как ты думаешь?

— Тут и думать нечего, рыженькая, у нас такие штуки унифицированы, а размер этот самый ходовой, потому его и приспособили для пивной машины! Пойдём скорее обратно, порадуем наших, пока они не успели демонтировать всё под корень!

— Никуда вы не пойдёте, осквернители святынь, тут оба и сдохнете!

С жутким рыком из-за деревьев вывалилась тёмная фигура, которую толком нельзя было разглядеть в вечернем свете, да и времени на это не было. Всё произошло слишком быстро: замах длинным клинком, острие которого метило Мелиссе в горло, спина Нарина, который успел молниеносно среагировать и прикрыть невесту от удара. Клинок ткнул его под лопатку раз, другой, но не глубоко, лишь вминая одежду и каждый раз соскальзывая. А вот у Нарина контратака получилась намного лучше. Он стремительно дёрнул запястьем, и в тот же миг скрытая в рукаве пружина подала нож прямо ему в ладонь. Инженер развернулся, отработанным движением отбил занесённую для нового удара руку и вогнал врагу нож в основание шеи. Нападавший захрипел, выронил оружие, повалился навзничь, окунаясь с головой в морскую воду. Волна отхлынула, смыла растёкшуюся алой лужицей кровь, и Нарин второй раз за день выкрикнул надсадно, не веря своим глазам:

— Дорви! Дорви!

Нарин повалился на тело товарища и зарыдал, продолжая причитать:

— Что ж ты наделал? Да за что это мне?

После столь точного и смертоносного удара Дорви прожил недолго. Он не успел сказать, почему решил убить друга-земляка и его невесту, только всхлипнул несколько раз и потом затих навсегда. Когда Дорви испустил последний вздох, странным образом успокоился и Нарин. Он зачерпнул пригоршню воды, смыл горькие слёзы и сказал охрипшим, сорванным голосом, но почти спокойно, будто размышлял вслух:

— Отнесу его в лагерь.

И тут же встал, отвернулся, словно тело друга сразу стало для него предметом, не имеющим особого значения, кинулся к Мелиссе, прижал её к себе, пожалуй, даже слишком крепко:

— Кажется, я успел заслонить? Ты ведь не ранена? Сильно испугалась?

— Он до меня вообще не дотянулся, а испугаться я не успела. Ну а ты-то каким образом уцелел и победил? Кольчуга и нож в рукаве как тогда, в Синих горах?

Упоминание о Синих горах заставило гнома снова тяжко и прерывисто дышать, ответить он уже не мог. Но девушке и так было ясно, что своим предположением она попала в точку. Мелисса попыталась высвободить прижатую к телу руку, хоть как-то погладить Нарина, утешить, но её сдавило очень сильно, как будто инженер стоял на краю бездонной пропасти и, боясь свалиться в чёрную бездну, ухватился за последний шанс спастись.

— Давай ты ещё поплачешь? Это помогает, — предложила хоббитянка, но ответом было молчание и неподвижность.

Так они и стояли в обнимку до полной темноты. Море обступило их, мерно дышало волнами, захлёстывая выше колен, Мелиссе ничего не оставалось, как задействовать согревающее заклинание. Она не могла объединить сознание с гномом, а значит, была не в силах помочь ему в скорби. Слова утешения и вовсе казались неуместными — как и все слова произнесённые, искажающие суть.

© aquamagic
Благодарности автора:
besthidden
dystopiano
na_lapax
ДжРРТ
Tags: игра в дайсы, моя проза, средиземский фанфик
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments